Когда человек начинает видеть глубже видимого, он твёрже стоит в жизни.
Он уже не блуждает среди последствий и не собирает осколки с видом вечного обвинителя мира. Он начинает видеть причины.
А значит — понимать, что жизнь не обязана быть простой, но она почти всегда логичнее, чем кажется в момент внутренней бури.
Без такого взгляда человек живёт как слепой в лабиринте: натыкается на стены, обижается на углы и подозревает заговор мебели.
Прозрение начинается там, где ты перестаёшь смотреть только наружу.
И вдруг жизнь встаёт в таком разрезе, что ошибки, неудачи и тяжёлый опыт оказываются необходимой цепью к той мысли, к тому пониманию времени, которое ты в себе обрёл.
